Психология

Психотерапия семейных систем

В нашей жизни нередко воспроизводятся одни и те же ситуации, совершаются схожие ошибки – ведь на наши решения и выборы незримо влияют судьбы наших предков. Но влияние семейной истории не фатально. О теории семейных систем в психотерапии рассказывает психолог Екатерина Жорняк.

Пожалуй, многие из нас согласятся с тем, что поступки и намерения совершаются и возникают не только благодаря нашим личным особенностям и предпочтениям, но и под влиянием семьи. Американский психотерапевт Мюррей Боуэн (Murray Bowen) одним из первых предположил, что семья – это единый организм, система, живущая по определенным законам. Проблемы, поведение, выборы, которые мы делаем в течение жизни, Боуэн понимал не как результат наших черт характера и особенностей мышления, а прежде всего как следствие невидимых самому человеку процессов, происходивших с его предками в течение многих поколений и повторяющихся в его сегодняшней семье. Любой из нас – часть такой семейной системы. Не осознавая, как она работает, мы автоматически действуем в соответствии с ее законами. В середине прошлого века Боуэну удалось сформулировать законы жизни и развития семейных систем и создать свой психотерапевтический метод. Он позволяет нам стать более независимыми от своей семьи и одновременно сохранить теплые эмоциональные отношения с близкими людьми.
Семейный рисунок

Марина третий раз замужем. От первого брака у нее растет 12-летний сын, от второго – 7-летняя дочь. С их отцами она рассталась по собственной инициативе вскоре после рождения детей. Сейчас Марине 32 года, она вновь ждет ребенка, а две недели назад предложила мужу пожить отдельно. Каждый раз в своих избранниках Марина видела сильных преуспевающих мужчин, которые смогут стать опорой ее детям. Когда же она беременела, у нее словно открывались глаза и ей казалось, что рядом слабый, безвольный человек, который лишь отягощает ее жизнь. Марина считает себя сильной женщиной и уверена, что сможет одна вырастить троих детей. Но впервые она задумалась о том, почему все повторяется. Зависит ли что-то от нее? И есть ли шанс изменить этот жизненный сюжет?

Работая по методу Боуэна, психотерапевт предложил Марине совершить исследование истории ее большой семьи. И для этого построить генограмму – графически изобразить семейные связи (включая всех предков и родственников – своих и трех мужей). Для того чтобы отразить на генограмме множество точных фактов: имена, даты рождения и смерти, профессии, переезды, болезни, характер отношений, – Марина встречалась с родственниками, узнавая все новые детали, заполняя пробелы, открывая семейные тайны. И в результате у нее появился... выбор. Обсуждая с терапевтом генограмму, она увидела, по каким законам «функционирует» многие годы ее семья и как она, будучи частью системы, подчиняется этим законам, действуя прежде всего на основе эмоций, а не разума (даже когда ей кажется, что она все продумала до мелочей). У нее появилась возможность выбирать, на какие части своей семейной истории она может опираться, а какие ей не полезны.

Между чувствами и разумом

Мюррей Боуэн считал, что все мы в разной степени способны провести границу между своей эмоциональной и интеллектуальной жизнью. Когда эмоции управляют разумом, мы теряем контроль над собственной жизнью, оказываемся во власти страстей, чужих взглядов, догм и мифов. И наоборот, опираясь на свои представления, ценности и убеждения, мы делаем сознательный выбор и перестаем плыть по воле волн. Чем больше эти две системы разделены (то есть чем выше уровень дифференциации «Я»), тем легче нам справляться с любыми жизненными ситуациями. Мюррей Боуэн составил шкалу, в которой отразил наши способности различать собственные переживания и объективные факты.

С самого раннего детства под эмоциональным давлением сначала семьи, затем друзей, одноклассников мы развиваем в себе так называемое «псевдо-Я». Эта часть нашей личности управляется эмоциями, она противоречива и неустойчива и состоит из множества убеждений и установок, которые мы разделяем только потому, что их считает правильными наше окружение. Причем нередко они противоречат друг другу. Мюррей Боуэн считал, что в течение жизни, опираясь на разум, мы можем развить у себя другое – целостное «Я», которое состоит из продуманных и сознательно выбранных принципов и убеждений. Они согласованы между собой, поэтому, например, принимая решение, мы чувствуем себя ответственными за него. А попадая в особые (стрессовые) обстоятельства, в которых возникает сильное эмоциональное напряжение, в состоянии делать самостоятельный выбор рационально, а не поддаваясь эмоциям. И чем более развито у нас целостное «Я», тем объективнее мы можем оценивать ситуацию, полагаясь не на чувства и стереотипные убеждения, а на разум. И тем выше наш уровень дифференциации «Я».

Как это происходит

Работа по методу Боуэна – это всегда работа с генограммой, ее построение, обсуждение деталей и закономерностей с психотерапевтом. У специалиста, работающего в этом подходе, должна быть общая подготовка в области системной семейной терапии, а также специальное обучение теории Боуэна, включая исследование собственной семейной истории. Задача психотерапевта – работая с семьей, помочь ее членам вырасти над их эмоциональной слитностью. Более локальная цель – поддержать наиболее мотивированного члена семьи в его стремлении преодолеть эмоциональное слияние. Чаще всего в терапии участвуют один член семьи или семейная пара. Встреча может длиться от часа до двух. Периодичность от одного раза в месяц до одной встречи в неделю. Средняя стоимость от 1500 рублей в час.

Как мы выбираем партнера

Боуэн считал, что у партнеров этот уровень примерно одинаков. Родители передают его детям, а вырастая, они выбирают партнера, останавливаясь на том, кто им близок в том числе и по дифференцированности эмоций и интеллекта. Когда в эмоционально близкие отношения вступают два человека с уровнем дифференциации ниже среднего, их «псевдо-Я» сливаются. Так происходило каждый раз с Мариной, когда она «погружалась в безграничную любовь». Такое сближение грозит потерей себя, именно поэтому Марина могла вновь почувствовать себя сильной, только разорвав отношения. Такой «эмоциональный разрыв» – обратная сторона «слияния». Дети, прекратившие контакты с родителями, супруги, формально общающиеся друг с другом, продолжают находиться в эмоционально сверхблизких отношениях и дистанцируются для того, чтобы защититься от такого слияния. Однако в одиночестве они тоже чувствуют себя неуверенно, ведь им не хватает собственной целостности, но они (так же, как Марина) вновь ищут ее в другом.

Шкала Мюррея Боуэна

Это условная шкала (от 0 до 100 баллов), которую придумал Мюррей Боуэн для того, чтобы проиллюстрировать свое положение о том, что все мы отличаемся друг от друга количественно — уровнем дифференцированности нашего «Я». Подсчет баллов тоже условный — на глаз. Главное — тенденция.

0–25 баллов
Слияние эмоций и разума

Ориентированы на отношения – вся энергия уходит на поиски любви и поддержание отношений в гармонии. Говорят «я чувствую», а не «я думаю», принимают решения под влиянием чувств. Зависимы от родителей, став взрослыми, ищут партнера, с которым можно создать похожую систему отношений.

25–50 баллов
Разум под контролем эмоций

Ориентированы на то, что подумают другие люди. Самооценка зависит от окружающих. Апеллируют к туманным авторитетам: «научно доказано», «испокон веков известно». Могут быть интеллектуалами в том, что не касается отношений, в личной же жизни часто действуют импульсивно, не думая о последствиях. Ищут идеальных близких отношений. Найдя, «сливаются» с партнером. Это их пугает. И тогда они отдаляются и вновь пускаются на поиски идеальной любви.

50–75 баллов
Чувства и разум – одна команда

Люди больше не пленники эмоций. Они способны отстаивать свои убеждения, не нападая на убеждения других людей. Имеют жизненные цели. Самооценка меньше зависит от мнения окружающих. Супругам нравится эмоциональная близость, но они не теряют собственного «Я». Успешно взаимодействуют с другими людьми и хорошо себя чувствуют, находясь в одиночестве.

75–100 баллов
Мы выбираем эмоции, опираясь на разум

Боуэн считал, что, возможно, мы сможем достигать этого уровня в будущем, но пока он скорее теоретический, чем реальный.

дифференцированности постоянно копится тревога, снять напряжение помогает... третий. Если в семье растет ребенок, он автоматически подключается к родительской паре, образуя с ними эмоциональный треугольник. И отношения в нем всегда совершенно определенные. Например: холодные между супругами, очень близкие у дочери и матери и отдаленные между дочерью и отцом. Именно такой базовый треугольник передавался из поколения в поколение в семье Марины.

Много лет назад ее бабушка Соня потеряла трех мужей. Первый погиб в сталинских лагерях, и бабушка была вынуждена уехать из Москвы вместе с годовалым сыном. Простудившись в пути, мальчик вскоре умер. Во время Второй мировой войны погиб ее второй муж. Затем она вновь вышла замуж, родила дочь Анну (Маринину маму), а спустя пять лет после болезни умер и он... Когда спустя годы Анна выходила замуж, она (как и ее мать, а позже и дочь) мечтала найти в мужчине прежде всего поддержку. Но чувствовала безотчетную тревогу (происхож-дение ее мы теперь знаем), говорившую ей, что на мужчин полагаться нельзя. Эта тревога заставляла отмечать мельчайшие признаки «ненадежности» мужа и все больше от него отдаляться, привычно находя понимание и поддержку у мамы, а со временем и у дочери. Спустя 15 лет они все-таки расстались... Марина всегда чувствовала особую близость с матерью и бабушкой, а отец казался ей очень отстраненным, далеким. И вот семейная тревожность досталась Марине: три ее мужа живы, но она не общается с ними, как будто они умерли, как и бабушкины мужья. Она чувствует, что между ней и ее старшим сыном словно существует какой-то барьер, но она очень близка с дочерью, Соней. Маленькая Соня не общается со своим отцом. Когда ей было шесть лет, она утешила маму: «Мама, ты не волнуйся, я вырасту и рожу нам девочку без папы». Вероятно, Соня уже получила семейное послание.

Исследуя свою семейную историю в рамках терапии Мюррея Боуэна, Марина исследовала взаимоотношения в своей семье, узнала семейные мифы и закономерности устройства ее большой семейной системы. Она увидела, что модели отношений, полезные в прежние времена, продолжают воспроизводиться в ее жизни – автоматически и совершенно бессмысленно. Как и мать, она принимала решения эмоционально, основываясь на безотчетной тревоге. «Псевдо-Я» Марины было развито гораздо больше целостного «Я», но, исследовав свою семейную систему, она смогла стать более независимой от влияния эмоций и укрепила свое целостное «Я» – смогла конструктивно общаться с родственниками, не ожидая одобрения и не боясь быть отвергнутой.

Собирая сведения для генограммы, после большого перерыва она начала общаться с отцом и братом. И узнала о других, альтернативных историях и моделях отношений. Среди предков ее отца были мужчины, которые в трудные времена спасли всю семью. Эти истории стали для Марины ресурсом внутренних изменений. Она стала больше общаться с сыном, и тот признался, что тайно общается с отцом. Марина позвонила ему, затем второму мужу. И ее дочь встретилась со своим отцом. Наладились у Марины отношения и с нынешним мужем. Боуэн считал: когда повышается дифференциация одного члена семьи, вся семейная система постепенно переходит на более высокий уровень функционирования. Так что теперь не только у Марины, но и у ее родственников, включая детей, есть больше шансов строить свою жизнь, опираясь на собственный выбор.

Источник: wday.ru